400-ième anniversaire de l’église orthodoxe russe de Stockholm

Comment cela fut possible ? Le 27 février 1617 la Russie et la Suède signèrent le traité de Stolbovo mettant ainsi fin à la guerre d’Ingrie, suite à l’échec de la prise de la ville de Pskov par les Suédois. Ce traité fut ratifié dans le village de Stolbovo entre Ladoga et Tikhvine dans les terres de Novgorod. Le Temps des Troubles venait à sa fin et la Russie affaiblie par les guerres civiles et les invasions polonaises et suédoises dût signer un accord de paix fort avantageux pour la Suède qui avait occupé Novgorod pendant six ans. Toutes les terres bordant le golfe de Finlande revenaient à la Suède qui contrôlait dorénavant les embouchures des fleuves par lesquels passait la route du commerce russe. Un des points du traité autorisait chaque partie à ouvrir des comptoirs à Moscou, Novgorod et Pskov pour les Suédois, à Stockholm, Reval et Vyborg pour les Russes. Chaque partie recevait l’autorisation de célébrer son propre culte dans ses bâtiments avec toutefois l’interdiction de bâtir une église. Quoique plus avantageux pour la Suède, ce traité était considéré par les Russe comme « une bonne affaire ». La Suède continua son expansion et son enrichissement jusqu’en 1709, lorsqu’elle perdit la bataille de Poltava face à l’empereur Pierre 1er.

Déjà en 1618 les Suédois reçurent un terrain à Moscou mais ce n’est qu’en 1636 que les Russes purent en obtenir un à Stockholm, à Brunnsgänd en bord de mer. 5 ans plus tard ; pour cause de travaux d’embellissement de la ville, le comptoir russe dût déménager plus loin vers l’écluse. La construction fut prise en charge par la municipalité. Les marchands russes se plaignaient de l’éloignement et de l’insalubrité du quartier trop humide et en pente. Cependant, les marchands y avaient leur propre port, leurs balances et leur sauna. Le nombre de bâtiments alla jusqu’à 74.

Les informations les plus anciennes sur la vie liturgique remontent à 1646. L’église changait régulièrement de bâtiment mais on ne payait pas de loyer. Le prêtre, quant à lui, venait de Novgorod dont dépendait la paroisse. Jusqu’à présent on peut voir le panneau Russgarden près de la station de métro Slussen, endroit où se trouvait le comptoir russe jusqu’en 1874. Actuellement ce cartier est en réfection et on y réalise des fouilles archéologiques.

Au XVIIe siècle la vie battait son plein dans le comptoir russe. Les marchands arrivaient au printemps et repartaient à l’automne avant le début de la saison des tempêtes. Ils importaient du chanvre, du lin et du cuir, emportant du fer et du cuivre dont la Russie avait besoin. Leurs bateaux étant prévus pour la navigation fluviale, ils s’avéraient inadaptés et dangereux en mer. Cependant ce commerce était très lucratif et les marchands s’enrichissaient. Mais les conflits n’étaient pas rares par méconnaissance de la langue et la municipalité obligea les marchands à faire affaire en présence d’un interprète. Certains marchands russes finirent par maîtriser le suédois au point de se passer d’interprète. La preuve de la volonté d’apprendre le suédois est fournie par le premier glossaire rédigé par un certain Koshkine, dont l’unique exemplaire manuscrit se trouve au Musée Historique à Moscou.

Certains connaissent l’icône de la Mère de Dieu de Stockholm. Son histoire est la suivante : Au début des années 1670 des marchands russes découvrirent avec stupéfaction une copie de petit format de l’icône de la Mère de Dieu de Tikhvine dans la maison d’un suédois du nom de Phoka. Considérant que celle-ci ne pouvait rester dans la maison d’un hérétique qui n’en voyait que le côté artistiques, ils persuadèrent celui-ci, non sans difficulté, de la vendre. L’automne venu, ils repartirent emmenant l’icône avec eux. Une violente tempête se leva sur le lac Ladoga. Les marchands se mirent à prier devant l’icône et la tempête s’arrêta soudainement. A leur arrivée à Tikhvine, ils placèrent l’icône dans l’église de la Transfiguration. Devenue l’objet d’une intense vénération, l’icône fut recouverte d’or et de pierres précieuses. C’est pourquoi elle fut confisquée par le pouvoir soviétique et emmenée au Musée Russe à Leningrad où elle disparut. On en trouve une copie dans les deux églises russes de Stockholm. Elle est fêtée le 13 novembre. L’icône de la Mère de Dieu de Stockholm est un magnifique symbole des relations pacifiques entre la Suède et la Russie, non seulement au XVIIe siècle, mais aussi actuellement. En 1694, le comptoir fut la proie des flammes. Dans son rapport au roi du Danemark, son ambassadeur, Bolle Luxdorph, écrivait non sans causticité : « Jeudi, à 9 heures du soir, jour de la Saint Nicolas, patron des moscovites, il y eu un fort incendie dans le comptoir russe. En seulement trois heures il fut réduit en cendres. Les Russes courraient et se tortillaient beaucoup avec leurs saint Nicolas, pour qui ils avaient beaucoup bus durant la journée ». Après cet incendie la municipalité décida de construire des bâtiments en briques, adjacents à la mairie du Sud, situé du côté ouest du comptoir. Les travaux furent achevés en 1697. L’église fut installée dans les nouveaux bâtiments et y demeura jusqu’en 1748. Le bâtiment existe toujours et abrite le musée de la ville de Stockholm.

En 1700 furent établies des relations diplomatiques entre les deux pays ? Le prince Khilkov fut nommé résident, avec le droit d’avoir sa propre chapelle et son propre prêtre. Mais à l’automne éclata la Grande Guerre du Nord. Khilkov, tous les diplomates et les marchands furent arrêtés. Le prince fut assigné à résidence et les marchands expulsés. L’église et la chapelle furent fermées. Les diplomates furent emprisonnés dans les caves de la mairie du Sud. Plus tard, l’église fut rouverte et le sort des prisonniers amélioré. Mais en 1716, tous les prisonniers furent envoyés sur l’île de Visingsö sur le lac Vättern, où la plupart mourut.

Après la signature de la paix de Nystadt les relations diplomatiques furent rétablies et l’église restituée. Elle fut dédiée à la Synaxe de la Mère de Dieu et rattachée au Saint Synode à Saint-Pétersbourg. Après la guerre les Suédois étaient agressifs vis-à-vis des russes, cassant les vitres de l’église, enfermant les paroissiens dans l’église, ceux-là devant quitter le bâtiment par les fenêtres.

En 1741, la guerre explosa à nouveau, la Suède attaqua la Russie voulant prendre sa revanche. L’église fut fermée à nouveau et resta inutilisé pendant quelques années, tombant peu à peu en ruine. Cependant, le prêtre eu le temps d’emmener les objets de cultes à Revel. Après la fin du cinflit, le nouveau résident demanda la restauration de l’église, se basant toujours sur l’article 15 du traité de Stolbovo. Un local, au sein même de la mairie du Sud fut attribué et les travaux furent pris en charge par l’état suédois. Depuis la ville prussienne de Memel fut apporté une iconostase ainsi que les objets cultuels qui provenaient d’une ancienne église de campagne. L’église fut achevée en 1768 et dédicacée à la Transfiguration de notre Seigneur, comme l’était l’église de Memel. En 1781, sous l’influence des idées des Lumières, fut proclamé à Stockholm un édit de tolérance qui autorisait aux étrangers résidents en Suède de pratiquer librement leurs cultes. Mais ce n’est qu’en 1855 que les Suédois furent autorisés de visiter les lieux de cultes étrangers. C’est en 1955 que la liberté de religion fut proclamée.

L’église russe resta dans les locaux de la mairie du Sud jusqu’aux années 1840 . Le bâtiment étant devenu vétuste, il fut décidé de déménager à la rue Malmskillnadsgattan. Mais cet endroit dut être abandonné. Ce fut le début d’une période de constants déménagements, cinq en 50 ans. A la fin du XIXe siècle, l’église était sise à la rue Odengatan. Elle était couronnée d’un bulbe en or. Une nouvelle iconostase fut commandée à Saint-Pétersbourg, l’ancienne, de style rococo, fut envoyée à Hambourg. Malheureusement, quelques années plus tard, le propriétaire refusa de prolonger le bail et l’église déménagea en 1907 à son endroit actuel 98 Birger Jarlsgatan. L’iconostase fut transportée dans la nouvelle église ainsi que les objets de cultes et le lustre, dont l’origine remonte au XVIIe siècle.

L’église de la Transfiguration est un bel exemple d’église construite dans un immeuble. De telles églises existaient en Russie avant la révolution dans les hôpitaux, administrations, écoles et autres, mais furent détruites par le pouvoir bolchévique. En 1999, l’église fut inscrite à l’inventaire des monuments historiques suédois.

Le clergé de la paroisse : Le père Piotr Roumiantsev est né le 6 mai 1854 et mourut le 28 novembre 1935 à Stockholm. Il fut recteur de la paroisse durant presque 50 ans. Ayant travaillé sur des archives suédoises et russes, il fut l’auteur du premier livre sur l’histoire de l’église russe de Stockholm. Il fut remplacé par le père Stephane Timtchenko (22.12.1898 - 29.1.1979) ordonné évêque vicaire en 1972.

Vint à sa suite l’archimandrite Matthias (Norström) décédé en 2005. Il est aussi l’auteur d’une brochure sur l’histoire de la paroisse, éditée en 1999. Bien qu’à cette époque il fut recteur de la paroisse près de 20 ans, il n’en fit pas mention dans son ouvrage. Le recteur actuel est le père Angel Velitchkov.

Père Angel Velitchkov.

******************************************************************

400 лет Русской церкви в Стокгольме

Свято-Преображенская православная церковь в Стокгольме в этом году отмечает свое 400-летие. Это один из самых старых русских православных приходов за пределами России.

Почему это так ? 27 февраля 1617-го года был заключен мир между Россией и Швецией в деревне Столбове между Ладогой и Тихвином. Как известно, Россия в начале XVII-го века проходила тяжелые испытания Смутного Времени. Вымер род Рюриковичей, и ряд самозванцев боролся за царский престол. И Швеция, и Польша вторгались в распадающееся русское государство. В течение шести лет Швеция оккупировала Великий Новгород с окружающими его землями. Мирные переговоры продолжались несколько лет. Из-за слабости России Столбовский мир стал лучшим мирным договором, который Швеция заключила с Россией. Все земли вокруг Финского залива отошли к Швеции, и таким образом она контролировала все важные речные устья. Большая часть русской внешней торговли шла через Балтийское море, а теперь она должна была проходить через шведских посредников. Был и другой путь, через Архангельск на севере, но балтийская торговля издавна была хорошо налаженной.

В мирном договоре было постановлено, что будут открыты торговые дворы в ряде городов в обеих странах : в России - в Москве, Новгороде и Пскове, а в Швеции - в Стокгольме, Ревеле и Выборге. В устье реки Невы шведами был основан город Ниеншанц - на том месте, где сегодня стоит Санкт-Петербург.

Для нас одна важная статья в мирном договоре постановляет, что в торговых домах в шведской державе русским разрешается служить богослужения по своей религии « в их собственных домах и амбарах ». Соответственно шведы могли служить по своему обычаю в своих торговых домах в России. Однако не разрешалось строить церкви. Служить надо было только в домах или амбарах.

Наш юбилей относится именно к этому постановлению в договоре 1617-го года. Мирный договор означал большой успех для шведов, но и русские были довольны и называли его « добрым делом ». Когда мир со шведами был заключен, русские смогли с полной силой заняться поляками, которые были куда более опасны чем шведы, и прогнать их за пределы России. После этого Россия наконец смогла собраться силами. До 1700-го года Россия почти не воевала.

После Столбовского мира Швеция получила возможность стать великой державой, отчасти благодаря успехам в 30-летней войне. Когда Россия при Петре I-м восстановила свою мощь, это и означило конец шведской великой державы. Все знают, как кончилась битва под Полтавой в 1709-м году. XVII век после заключения Столбовского мира является вершиной оживленных мирных отношений между Швецией и Россией, что тоже сыграло важную роль в истории русской православной церкви в Стокгольме.

Уже в 1618-м году шведам выделили участок в Москве, но только в 1636-м году русские получили участок в Стокгольме, и то после давлений русских властей. Тогда русские купцы смогли открыть свой гостиный двор в той части города, которая сейчас называется Старым городом, по адресу Brunnsgränd, около моря. Но магистрат города решил превратить берег в парадную улицу, и уже в 1641-м году русский двор переселился на 500 метров к югу, около шлюза. Там городские власти за свой счет построили гостиный двор. Русские жаловались, что новый двор находится далеко от города и что участок пологий и мокрый. Но у них был свой собственный порт, свои весы и своя баня. Двор состоял из фахверковых домов для склада товаров, и их окружали деревянные дома, в которых купцы продавали свои товары. Число деревянных домов и амбаров, было не постоянным. Самое большое количество было 74.

Самые старые сведения о богослужениях и о священнике относятся к 1646-м году. Церковь перемещалась из амбара в амбар каждый год. За церковь не платили аренду. Чаще всего священники приезжали из Новгорода, так как церковь принадлежала новгородской епархии. Нынче рядом со станцией метро Slussen виден указатель Ryssgården. Он находится там с 1967-го года, когда станцию метро сделали подземной. Русский торговый двор, Ryssgården, находился на этом месте до 1874-го года.

В настоящее время весь район Slussen перестраивается, и одновременно проводятся археологические раскопки. К сожалению, главная часть русского двора находится под станцией метро, и там, конечно, копать не будут. Но археологи говорят, что осенью они коснутся восточного края двора.

В XVII-м веке жизнь в русском торговом дворе била ключом. Купцы приплывали весной на своих карбасах и возвращались до начала осенних штормов. Их корабли были приспособлены лишь для речного транспорта и были довольно опасны на море. В Стокгольме русские продавали среди прочего коноплю, лен и юфтевую кожу. Они покупали в первую очередь металлы, железо и медь которых было много в Швеции, а в России был дефицит металлов. Купцы, которые приезжали в Стокгольм, были состоятельны, и прибыль бывала весьма существенной.

Нередко возникали конфликты между русскими торговыми людьми и стокгольмскими бюргерами, часто потому что не понимали язык партнера. Магистрат ввел правило, что при сделке всегда должен присутствовать переводчик. А переводчикам надо было платить. Некоторые купцы так хорошо овладели шведским языком, что могли обходиться без переводчика. Шведы скоро обнаружили, что баня очень важная для русских. Когда магистрат хотел за что-то наказать купцов, он просто на просто закрывал баню.

Доказательством желания русских научиться говорить по-шведски является так называемый разговорник Кошкина, который существует в одном рукописном экземпляре и находится в Историческом музее в Москве.

Многим известна икона Богоматери Стокгольмской. В начале 1670-х годов несколько русских купцов увидели в доме одного шведа по имени Фока небольшой список Тихвинской иконы Пресвятой Богородицы. Они были встревожены тем, что святой образ находится в доме еретика, который в иконе видит лишь произведение искусства. Только после долгих уговоров Фока продал им икону, и осенью, когда купцы возвращались домой, они взяли образ с собой на корабль. На Ладожском озере поднялся страшный шторм, и корабль начал тонуть. Купцы стали молиться перед образом Пресвятой Богородицы - и шторм тут же утих. Когда они приплыли в город Тихвин, икону поставили в Свято-Преображенском храме, где ее почитали как чудотворную. С годами она получила драгоценную ризу и украшения. Наверно поэтому она была изъята советской властью в 1926-м году. Ее увезли в Русский музей в Ленинград, где она и пропала. Ныне новые списки иконы Богоматери Стокгольмской находятся в обеих русских православных церквах в Стокгольме. Празднуется икона 13/26 ноября.

Богоматерь Стокгольмская является замечательным символом мирных отношений между нашими странами, не только в XVII-м веке, но и вообще.

Деревянные амбары русского двора часто страдали от пожаров. Большой, всё уничтоживший пожар возник в 1694-м году. Датский посол Bolle Luxdorph написал довольно язвительное донесение своему королю : « В четверг, в 9-ом часу вечера, в день св. Николая, покровителя московитов, случился большой пожар в Русском дворе. В течение трех часов он превратил его в пепел. Не мало бегали русские кругом и кривлялись с их святым Николаем, за здоровье которого пили целый день. » В этот раз магистрат посчитал, что слишком дорого заново построить новые деревянные амбары и решили выстроить более надежные кирпичные дома. Их построили в виде флигелей у Южной ратуши, и они были завершены в 1697-м году так как Южная ратуша была сооружена около западного края русского двора. Здание стоит и по сей день. В нём сейчас находится Музей города Стокгольма.

Русская церковь переехала в один из флигелей и оставалась там до 1748-го года.В 1700-м году были установлены постоянные дипломатические отношения между Россией и Швецией. Русский резидент в Стокгольме, князь Андрей Хильков, имел право на собственную часовню и на собственного священника. Но вскоре все изменилось. Осенью того же года разразилась Великая Северная война. Были арестованы князь Хильков и все дипломаты и купцы, которые не успели уехать. Хилькова посадили под строгий домашний арест. Часовня и купеческая церковь были закрыты. Купцы могли уехать домой, но дипломаты должны были остаться в Швеции. Военнопленных русских офицеров посадили в погреб в Южной ратуше. До сих пор можно увидеть слова, которые они процарапали на стенах : « Некрасиво в каменных домах ».

В скором времени церковь снова открыли. Купеческая церковь превратилась в церковь военнопленных офицеров. Со временем облегчили их условия проживания. Но в 1716-м году всех военнопленных увезли на остров Висингсе на озере Веттерн, где большинство из них умерло. В Стокгольме уже не было русских, и церковь пустела.После конца Великой Северной войны дипломатические отношения были возобновлены, и церковь снова открыли. Помещение сохранилось нетронутым, как и церковная утварь. Она, правда, были заложена, но русское государство выкупило её. Теперь русская церковь уже не принадлежала новгородской епархии, а подчинялась прямо Священному Синоду в Санкт-Петербурге. Тогда впервые упоминается о посвящении церкви празднику Похвалы Пресвятой Богородицы.

После войны настроение населения сильно было направлено против русских. Толпа озлобленных людей бросала камни в церковные окна, и дверь запирали снаружи. Молящимся приходилось выходить на улицу через окна. В 1741-м снова разразилась война между Швецией и Россией. В этот раз напала Швеция, так как она хотела реванш после предыдущей войны. Церковь закрыли, и она несколько лет стояла пустой и разрушалась. Однако священник успел эвакуировать церковную утварь в Ревель. После войны новый русский резидент ходатайствовал о ремонте церкви. Все еще действовала 15-ая статья Столбовского мирного договора. Русские получили новое помещение в самой Южной ратуше. За счет шведского государства была сделана большая перестройка. Из Прусского города Мемель, привезли иконостас и церковную утварь которая принадлежал бывшей полевой церкви. Новый храм был готов в 1768-м году, и был посвящен Преображению Господню, как и полевая церковь в Мемеле.

В 1781-м году в Стокгольме был издан эдикт о толерантности, под влиянием идей Просвещения, позволявший иностранцам, проживающим в Швеции свободно проводить свои богослужения. Но только в 1855-м году шведам было разрешено посещать инославные богослужения. Лишь в 1951-м году была объявлена полная религиозная свобода для шведских граждан.

Русская церковь продолжала находиться в Южной ратуше до 40-ых годов XIX-го века. К тому времени весь дом пришел в очень плохое состояние, и было решено, что церковь переедет в помещение на улице Malmskillnadsgatan. Но в скором времени пришлось покинуть и это место. Началось время скитаний. За 50 лет церковь меняла адрес пять раз. В конце XIX века она находилась на улице Odengatan, примерно там, где сейчас вход в метро Tekniska högskolan. На крыше дома виднелся золотой купол. В Санкт-Петербурге был заказан новый иконостас, а старый иконостас в стиле рококо увезли в русскую церковь в Гамбург. К сожалению, уже через несколько лет владелец дома не захотел продливать контракт. В 1907-м году было найдено новое помещение на Birger Jarlsgatan 98, где церковь находится и по сей день. Иконостас был перевезен в новую церковь. Из сохранившейся старой церковной утвари, самым старым считается паникадило, история которого восходит к XVII-му веку.

Свято-Преображенский храм является красивым примером так называемой домовой церкви. Их было очень много в дореволюционной России - в школах, в учреждениях, в больницах и т. д. Почти все были уничтожены в первые годы советской власти. Сегодня они воскресают, но старых уже нет. В 1999-м году Свято-Преображенский храм стал памятником культуры Швеции, и государство гарантирует, что он будет охраняться и в будущем.

Духовенство прихода : Отец Петр Румянцев родился 6-го мая 1854-го года и скончался в Стокгольме 28-го ноября 1935-го года. Пробыл он настоятелем Свято-Преображенского храма почти 50 лет. Он многое сделал, чтобы осветить историю русской церкви в Стокгольме, работая в шведских и русских архивах.

Его книга « Из прошлого Русской православной церкви в Стокгольме » написана на русском и немецком языках. Отца Петра сменил отец Стефан Тимченко (род. 22-го декабря 1898-го г.), с 1972-го года епископ Патарский, викарий Западно-Европейской Архиепископии Константинопольского Патриархата в Скандинавии. Скончался 29-го января 1979-го года.

Его заменил архимандрит Матфий (Норстрэм), который был настоятелем церкви до своей смерти в 2005-м году. Многие хорошо помнят его. Отец Матфий написал небольшую книгу об истории русской церкви в Стокгольме. Книга вышла на русском и шведском языках в 1999-м году. Текст можно также найти в интернете, на сайте прихода. К тому времени о. Матфий был настоятелем уже 20 лет, но о себе он в книге не упоминает.

С 2005-го года настоятелем Свято-Преображенской церкви является отец Ангел Величков.

Oтец Ангел Величков.

(JPEG)
(JPEG)
(JPEG)
(JPEG)
Retour haut de page
SPIP